Основателю Афганистана Ахмад шаху Дуррани (1722—1772) посвящены бессмертные строки Махтумкули Фраги в его стихотворении «Аршы-аглая»:
О, Ахмед-шах! Пусть слава твоя пройдет по земле, А имя твое достигнет небесного трона, Пришедший – слуга твой, не явившийся – добыча, Поднимайся же шаг за шагом по ступеням величья. Махтумкули Фраги был свидетелем последовательных политических потрясений XVIII века в регионе нынешней Большой Центральной Азии, когда произошли радикальная смена режима в Персии и заложены основы самостоятельной государственности Афганистана. Если следовать в контексте концепции еще одного Нобелевского лауреата Ильи Пригожина, порядок в западном понимании является хаосом для Востока, и наоборот – естество Востока это хаос на глазах европейцев. Или же если расширить эту мысль, то нынешняя политическая энтропия европоцентристского миропорядка, включая процесс своеобразного хаоса в Азии, одновременно способствует формированию структур, балансирующих на казалось бы зыбкой почве нынешней системы международных отношений.
Не случайно поэтому, гений Киссинджера был ориентирован на глубокий анализ азиатской геополитики. «Построение баланса сил в Азии выглядит для ученого более сложной задачей. Азия — часть света с огромными ресурсами и наиболее многочисленным населением в мире» писал он. Точный диагноз Г.Киссинджера заключался в том, что построение равновесия в этом регионе существенно отличается от подобной работы относительно Запада. Катастрофические мировые войны и недостаточный потенциал отдельно взятых европейских стран перед лицом глобальной опасности привели к тому, что баланс сил, подобный «Европейскому концерту» потерял смысл в Европе. Тем не менее, видение Востока со стороны Запада все еще остается в плену традиционного европоцентризма, и менять это не в состоянии даже такие величины как Г.Киссинджер, З.Бзежинский и др. В частности, Киссинджер видел ключ к равновесию не в равенстве Востока и Запада, а в доминировании последнего. В частности, он писал: «Европейские страны больше не считают друг друга потенциальным источником безопасности и готовы выступать единым фронтом с США. В отличие от Европы, страны Азии имеют разные понятия о геополитических угрозах, и само понятие для них существенно отличается от европейского. Какая-то их часть опасается Китая, какая-то — России, а Индия и Пакистан — друг друга. Кроме того, благодаря огромному человеческому потенциалу, роли стран в этом регионе постоянно меняются. Таким образом, построение потенциальных союзов в Азии является сложной задачей, а система безопасности здесь значительно отличается от европейской». Резюмируя вышесказанное, Г.Киссинджер писал: «Присутствие США в этом регионе является обязательным». Более того, президент вашингтонского Центра имени Ричарда Никсона Дмитрий Саймс еще в 2004 году в своей статье под названием «Имперская дилемма Америки» утверждал о том, что «Превращение Америки в современную империю уже невозможно остановить. И этот факт ставит американскую администрацию перед проблемами, решать которые она пока не готова». Пора задуматься – насколько реальными выглядят сегодня идеи Д.Саймса о том, что США как-бы нехотя и поневоле судьбы воздвигается на вершину геополитического Олимпа нового века. Ибо как он писал: «Любая дискуссия вокруг внешней политики Вашингтона, преследующая реалистические цели, должна начинаться с признания того факта, что независимо от взглядов и предпочтений американцев преобладающая часть мирового сообщества видит в Америке зарождающуюся империю. Исходя именно из этого, некоторые государства оказывают поддержку Соединенным Штатам. Они рассматривают США в качестве добропорядочной либеральной империи, способной оградить их от притязаний местных авантюристических режимов». По мнению Саймса, не лишены оснований высказывания о том, что «Соединенные Штаты не жаждут мирового господства, а стремятся использовать свое влияние в благих целях. Политическая культура и даже система институтов этой страны препятствуют эффективному выполнению ею имперской роли… возникновение большинства империй происходило спонтанно, а не в соответствии с неким генеральным планом. Нередко их развитие как бы подчинялось законам физики: удачный ход создает количество движения, которое затем сохраняется по инерции. По мере поступательного движения перед империей открываются новые возможности и возникают задачи, значительно расширяющие изначальный круг ее интересов».
Примерно в таком русле 25 веков тому назад рассуждал и знаменитый Фукидид – автор геополитического закона о дилемме безопасности, более известного как «ловушка Фукидида». Обосновывая становление Афины как имперского государства, Фукидид писал: «Эту державу мы приобрели ведь не силой… Дальнейшее усиление нашего могущества определили сами обстоятельства. Вначале это был страх перед персами и соображения нашей собственной безопасности, затем последовали соображения собственной чести и, наконец, выгода».
Насколько бесконфликтной будет вышеобозначенная нарождающаяся и расширяющаяся само по себе новая империя западного типа, к тому же претендующая стать своеобразной регулирующей силой для Азии, то есть Востока? В практическом плане, чтобы исключить конфликты и войны, тут на передний план выдвигается дипломатия, как главный инструмент диалога между мировыми державами, если хотите – между цивилизациями.
Продолжение следует…
Доктор Бегенч Караев занимается проблемами философии права и политики. Он является автором ряда учебников и монографий, в том числе “Политический анализ и стратегическое планирование”, “Политический анализ: проблемы теории и методологии: (опыт изучения современного центральноазиатского общества)” и “Традиционное и современное в политической жизни центральноазиатского общества (опыт политического анализ)”.
Источник: